Служба главного геолога — одно из самых старейших подразделений Иркутской нефтяной компании. Во многом работе геологов компания открыла 13 месторождений углеводородного сырья в Восточной Сибири, в разы увеличила запасы нефти и газа, не побоялась внедрять передовые технологии. О том, какие открытия были сделаны компанией в последнее время и что еще предстоит, рассказал главный геолог ИНК Сергей Зимин.

«НиК»: Сергей Владимирович, как вы могли бы охарактеризовать прошлый год для компании с геологической точки зрения? Оправдал ли он ваши ожидания?

— В целом все идет так, как мы и планировали. Если оглянуться слегка назад, то можно сказать, что особых разочарований и промахов, неподтверждённых ожиданий нет, неоправданные шаги мы уже не совершаем. Мы, наверное, стали более вдумчивыми, научились работать с информацией, проводить всесторонний анализ, думать на несколько шагов вперед. Мы проводим хорошую подготовительную работу: все виды полевых исследований (2D- и 3D-сейсмика, зондирование методом становлением поля в ближней зоне (ЗСБ), опережающее бурение, полномасштабное моделирование. Считаю, что у нас есть некий запас в части обеспеченности ресурсами, который как раз и является фундаментом для реализации проектов в будущем.

Пока мы находимся в рамках ограничений ОПЕК+, у нас нет возможности увеличивать объемы добычи, хотя с имеющимися запасами мы могли бы добывать больше. Поэтому перераспределяем свои силы на другие проекты.

Что касается открытий, то в 2019 году Иркутская нефтяная компания поставила на баланс в ГКЗ запасы Верхненепского месторождения.

Запасы пока небольшие, как и само месторождение, и разведка там будет продолжена.

На Аянском лицензионном участке открыли новую нефтяную залежь. Достаточно хороший прирост по запасам показало Большетирское месторождение, будем готовить его к полномасштабной разработке.

По газу продолжаем бурение. Прошлый год показал, что нам необходимо расширять ресурсную базу. Нужно загружать объекты газового бизнеса. Только по итогам прошлого года количество газовых скважин увеличили в полтора раза, в этом году планируем сохранить набранный темп и в 2021 году закончить бурение основных газовых объектов.

Мы практически уже разбурили газовую шапку Ярактинского НГКМ.

На очереди — Марковское, Западно-Аянское, другие объекты.

«НиК»: В прошлом году компания получила оптимистичные данные по Мирнинскому своду в Якутии. Станет ли этот район одной из площадок для будущего развития ИНК?

— Действительно, результаты поисково-разведочных работ на Мирнинском участке недр превзошли наши ожидания: мы открываем большие запасы нефти там, где лишь осторожно предполагали их наличие. Нефть по составу легкая, маловязкая. Сейчас мы проводим там сейсморазведочные работы, прекрасные результаты показывает 3D. Два полевых сезона геофизики уже отработали, еще сезона три планируем. Появляются новые залежи, которые считались преимущественно газовыми, а сейчас они уже переходят в нефтегазовый сектор.

Вообще, Якутия порадовала, на других участках мы тоже нашли нефть.

Эти запасы еще не ставили на баланс, пока изучаем, торопиться здесь не стоит.

В рамках стратегии развития компании начинаем формировать наш северный кластер, который включает в себя все участки Якутии и два на севере Иркутской области. Пытаемся увязать их в единый блок и просчитать экономическую целесообразность его запуска. Мирнинская группа в этой схеме выглядит драйвером.

«НиК»: А что Красноярский край?

— По Красноярскому краю все только начинается. Первую разведочную скважину там начали бурить прошедшей зимой. Посмотрим, какой будет результат, ведь в условиях отсутствия скважин вблизи её можно считать параметрической. На первой же скважине планируем вскрывать рифейские отложения. Готовим еще зоны для постановки поискового бурения. Вообще по составу сырья в этой провинции есть определенная особенность: много азота в газе, до 27%. Будем думать, что с ним делать.

«НиК»: ИНК одной из первых в России приступила к внедрению технологии водогазового воздействия на пласт для повышения КИН. Уже можно подвести какие-то итоги по внедрению технологии ВГВ?

— Водогазовое воздействие — это метод увеличения нефтеотдачи, при котором в нефтяной пласт нагнетается предпочтительно жирный попутный нефтяной газ попеременно с оторочками воды. Нагнетание попутного газа в пласт позволяет не только избавить окружающую среду от вредного воздействия в результате сжигания ПНГ на факелах, но и увеличить добычу нефти.

В определенных условиях при нагнетании газа в нефтяном пласте происходит массообмен между нефтью и газом, что позволяет уменьшить действие капиллярных сил, удерживающих остаточную нефть в пласте. Кроме того, уменьшается вязкость нефти. Оба этих фактора способствуют увеличению нефтеотдачи пласта.

Внедрению технологии предшествовали многолетние исследовательские работы: лабораторные исследования, цифровое моделирование. На начальном этапе привлекались ведущие мировые эксперты и компании. После получения такого бесценного опыта специалисты нашей компании способны реализовывать данный проект абсолютно самостоятельно от этапа проектирования до реализации на месторождении.

Пока технологию отработали на двух кустовых площадках Ярактинского НГКМ и на двух скважинах Даниловского месторождения.

В 2020 году готовим к запуску проекты ВГВ на Ичединском и на остальной части Ярактинского месторождения. Мы получили как технический успех, так и реальный прирост добычи нефти. Уже видим, что за счет ВГВ мы имеем дополнительную добычу — плюс 6% к КИН, — и этот метод можно и нужно тиражировать. Это как раз плоды той работы, которая началась несколько лет назад, по развитию геологической службы, ее технических компетенций. Горжусь тем, что мы смогли реализовать эту идею.

Проект действительно уникальный для России. Наши коллеги из других компаний с интересом за нами наблюдают, интересуются нашими результатами. В России такого опыта по использованию ВГВ нет. Были какие-то локальные эксперименты, в основном на стадии опытно-промышленной реализации (ОПР), и все. Мы стадию ОПР уже прошли и можем считать, что технологию эту освоили.

«НиК»: Помимо ВГВ, для повышения КИН компания также применяет технологию по гидроразрыву пласта (ГРП)? Насколько широко и удачно?

— В настоящий момент в лицензионном фонде компании работают четыре флота ГРП, которые мы активно используем. Сейчас мы входим в зоны с трудноизвлекаемыми запасами, оптимизируем систему разработки, переходя на многостадийные ГРП в горизонтальных скважинах. Планируем внедрять новые технологии: закачка большеобъемных ГРП с высокой скоростью, что позволит повысить их эффективность. Зимой у флотов ГРП дополнительная программа: испытания и переиспытания ранее пробуренных поисковых и разведочных скважин, доступных только в зимний период. Для повышения эффективности освоения недр также строим многозабойные скважины, применяем кислотные обработки с различной вариацией составов, различные методы регулирования заводнения и интенсификации добычи, например, потокоотклоняющие технологии, циклическую закачку.

Еще один интересный проект по гидроминеральному сырью.

Мы по нему достаточно хорошо продвинулись и уже понимаем, что проекту быть. Подготовили расчеты и понимаем, что это очень перспективное направление.

«НиК»: Ваша Служба главного геолога первой в компании начала обучение молодых специалистов. Какие задачи были поставлены перед стажерами и какую цель преследовала компания, запуская годовой проект по интенсивной подготовке геологов?

— Компания активно растет, и для ее развития требуются квалифицированные специалисты. К сожалению, выпускники вузов с дипломами геолога и инженера по разработке в большинстве своем приходят со слабой подготовкой, а у нас элементарно нет времени на то, чтобы заниматься их обучением в процессе работы. Поэтому мы пошли дальше, разработали годовой план обучения. Проект оказался достаточно тяжелым, но интересным. Причем сложным он был и для стажеров, и для наставников — наши сотрудники без отрыва от основной работы учили ребят. Результатом мы довольны. Считаю, что все стажеры справились.

Сейчас молодые специалисты уже успешно защитили свои проекты.

Мы распределили ребят по подразделениям, где они сейчас задействованы, все они остались у нас работать.

Вообще, считаю, эксперимент получился удачный. Когда ребята пришли к нам, у них, в принципе, не было каких-то розовых очков, но и не всегда было понятно, на какой результат они рассчитывают. В большинстве своем на стажировку к нам пришли непрофильные специалисты, и такие сложные направления, как петрофизика или та же геология, не всем давались в равной степени легко. Но в процессе они подтянулись, и когда пошли уже более прикладные предметы, то они легко втянулись в процесс.

Будем ли мы этот проект продолжать? Пока надо выдохнуть, через год посмотрим, может быть и повторим.

Нефть и капитал

Сергей Зимин: Мы, наверное, стали более вдумчивыми